АРХЕОЛОГИЯ ГОРОДА: ПРОСТРАНСТВО, ПОМНОЖЕННОЕ НА ВРЕМЯ
Нижний Новгород в ландшафтах географии, истории, районных идентичностей

[стр. 206 – 231 бумажной версии номера]

 

Наталья Викулина (р. 1978) – визуальный антрополог, фотограф, аспирант Королевского колледжа искусств (Лондон).

Ольга Осипова (р. 1985) – социолог, доцент кафедры общего и стратегического менеджмента Высшей школы экономики (Нижний Новгород).

[1]

 

Введение

В Нижнем Новгороде восемь районов: Автозаводский, Канавинский, Ленинский, Московский, Нижегородский, Приокский, Советский, Сормовский. Это разделение обусловлено не только формальными административными границами, но и историей развития города. Разрастаясь, он присоединял новые территории, которые, каждая в свой период, формировались в соответствии с актуальными потребностями города и в свою очередь формировали Нижний. На сегодняшний день не каждый из районов обладает собственной отчетливой идентичностью. Образ некоторых районов до такой степени не проявлен, что даже их жители не всегда способны что-то рассказать о них.

В 2012 году было проведено исследование включенности горожан в социальное пространство Нижнего Новгорода; среди прочих были поставлены следующие вопросы: с чем ассоциируется город у его жителей? чем Нижний Новгород их привлекает или, наоборот, отталкивает? что является основанием для общей гордости нижегородцев?[2] Несмотря на то, что «народная память» высвечивает два–три отдельных исторических этапа (ополчение под предводительством Минина и Пожарского, купеческий Нижний и предпринимательская современность), история города в их сознании непрерывна. К слову, эти наиболее часто упоминаемые исторические контексты связаны с географически небольшой частью города, так что основная часть Нижнего Новгорода находится за пределами популярных сюжетов.

В наших попытках описать современный Нижний Новгород сочетались взгляд гостя города (Натальи Викулиной), пойманный и зафиксированный фотокамерой; историко-социологический очерк, опирающийся на ранее проведенное (Ольгой Осиповой) социологическое исследование; краеведческие сведения и результаты наблюдений, полученные в ходе реализации фотопроекта. Главной совместной задачей стало выделение характерных черт локаций, определенных границами районов.

Обсуждая итоги работы, мы задавались вопросом о том, существует ли городская среда во всей ее полноте и разнообразии, существуют ли люди, активно взаимодействующие с различными городскими локациями, – словом, существует ли город в своей целостности хотя бы для кого-то. Гетерогенностью обладает не только весь Нижний Новгород в целом. Как показал наш опыт активного освоения городского пространства, затруднено определение и более локальных идентичностей. Но, каким бы разнообразием ни обладали отдельные районы и даже микрорайоны, именно их совокупность образует то, чем является Нижний сегодня. В любом из этих мест живут нижегородцы, в каждом из них город открывается в определенных исторических и современных ракурсах.

 

Методы

Совместное изучение города проходило в форме прогулок. Они были организованы как полевые исследования, хотя и имели элементы ситуационистского «дрейфа». Эти прогулки преследовали две цели: во-первых, документирование города (фотографирование); во-вторых, рефлексия в отношении города и саморефлексия, фиксация собственных ощущений в связи с нахождением в том или ином пространстве. Таким образом, полевое исследование имело целью как сбор визуальных данных, так и организацию «ситуаций общения с городом». Прогулки допускали отступления от намеченных маршрутов, непредвиденные встречи и обстоятельства.

Маршруты были намеренно проведены как через центральные – наиболее популярные с точки зрения общественной жизни – локации каждого района, так и через жилые, производственные, торговые, рекреационные зоны. По завершении маршрута в обсуждении фиксировались особенности наблюдаемой среды.

Территорией, предназначенной для прогулок, в Нижнем Новгороде, безусловно, является центр. Во всех остальных районах пешеход как будто не предусматривается – тротуары часто в плохом состоянии, а иногда и вовсе отсутствуют. Создается впечатление, что отдельные части города предназначены лишь для автомобилистов или для промышленных предприятий, пешеход там выглядит нелепо, а его передвижение небезопасно.

Человек с фотоаппаратом в руках в районах, удаленных от центра, выглядит странно. В Сормове, Советском, Московском районах, да, в общем-то, почти везде, за исключением исторического центра, фотоаппарат однозначно маркирует своего обладателя как чужака, причем чужака, открыто настаивающего на своей инакости. Уже само его появление создает ситуацию, которая меняет привычный ход вещей.

Выбирая маршруты и сюжеты для фотографий, мы ориентировались на базовые социальные функции городского пространства. Питер Штомпка предлагает пятнадцать важнейших общественных контекстов визуальной социологии, изучающих общество через объектив[3]. Нам удалось охватить меньшее число, однако именно эти контексты настойчиво фиксировались в наших маршрутах. Часто схожие по форме, универсальные объекты специфичны по наполнению, по особенностям реализации социальных практик. Вот некоторые из них.

Потребление. В каждом районе мы непременно находим торговые площадки многофункционального характера, по-разному реализующие отдельные социальные практики. Самым заметными объектами этой сферы в каждом районе, несомненно, являются торговые и торгово-развлекательные центры, а также рынки. Кроме того, вокруг центров торговли и потребления концентрируются другие формы социального взаимодействия.

Нам часто встречались так называемые «развалы» – стихийные торговые ряды. Их существование само по себе, а также наполнение этих торговых площадей предоставляют наблюдателю информацию об образе жизни, привычках потребления, строгости регулирования торговли, актуальных товарах.

Вездесущи продуктовые магазины, сетевые супермаркеты, хотя территориальная представленность сетевых ритейлеров отличается от района к району. Наличие традиционного хозяйственного магазина, в котором торгуют через прилавок (некоторые из них сохраняют даже довольно архаичный способ оплаты в отдельно расположенной кассе), свидетельствует об отдаленном расположении крупных супермаркетов и общем устаревании локальной городской инфраструктуры. Для жителя более развитых районов такие места навевают ностальгию, это путешествие в город детства, город прошлого.

Если бы наш исследовательский коллектив не совершал продолжительных прогулок, пешком перемещаясь от одного намеченного объекта к другому, мы едва ли могли бы заметить такой тип заведений, как «разливайки» («рюмочные»). Мы обнаружили их во всех районах.

Жилые кварталы многоквартирных домов. Жилые застройки отражают биографию района: возраст, периоды более и менее активного роста, значение отдельных локаций в разное время. Специфичными чертами выступают: соотношение между постройками различных периодов; наличие обычных муниципальных и так называемых «клубных домов»; гомогенность/гетерогенность соседствующих жилых построек; структура построек и организация общественного пространства; социальные практики, реализуемые в общественных пространствах; гендерный, возрастной, национальный и прочий состав населения; концентрация жителей на улицах и на придомовых территориях; инфраструктура жилых районов и прочее.

Частная малоэтажная застройка. В Нижнем Новгороде она присутствует в каждом районе. Ее специфика во многом совпадает с чертами, перечисленными для жилых кварталов многоквартирных домов. Дополнительной универсальной чертой для этих фрагментов ландшафта является тесное соседство старых деревенских или дачных домов (с аскетичными бытовыми условиями жизни) и новых коттеджей, являющихся свидетельством высокого уровня жизни. Город и пригороды переживают бурный рост индивидуального жилищного строительства.

Досуговые зоны. Это детские площадки, парковые зоны и скверы, любые места, используемые обитателями города в качестве мест досугового времяпрепровождения и встреч. Организованные или сложившиеся стихийно, они присутствуют повсеместно. Освоенность и индивидуальные черты таких мест специфичны и демонстрируют устоявшиеся практики размещения жителей в общественном пространстве. Детская площадка может быть занята как собственно детьми, так и другими социально-демографическими группами, несанкционированной парковкой, горами убранного с дорог снега и так далее. Юным пользователям этих мест могут быть предложены аккуратные, яркие, разнообразные и безопасные игровые комплексы. В иных случаях они могут ежедневно видеть запущенный двор, который сообщает о том, что их присутствие здесь не предусмотрено. В этом считывается и степень внимания к организации детского досуга, и отношение к детству, и общая благоустроенность территории. Характер развлекательных заведений и заведений общественного питания также может выдать специфику района и его жителей.

Системы перемещений – пешеходные и автомобильные. В эти системы входят организованные фрагменты инфраструктуры и стихийно сложившиеся траектории перемещений. В редких случаях они полностью совпадают. Специально предусмотренные дорожки и стихийно возникшие тропинки отражают соответственно нормативные и практически востребованные пути передвижения. Отдельного внимания заслуживают ограничения передвижения, а именно, различные виды огораживания: заборы, ограничительные таблички, дворовые и прибившиеся к предприятиям собаки, разрывы в линиях пешеходного движения и так далее. Интерес представляют пустыри как места разграничения зон и как локации определенных социальных практик.

Места памяти. Мемориалы, объекты культурного наследия отражают специфику истории места. Поведение горожан в отношении этих объектов демонстрирует отношение к значению того или иного места памяти.

Коммерческие организации и предприятия. Они формируют и демонстрируют специализацию района и связанную с ней профессиональную структуру. Места жительства и места трудовой активности горожан совсем не обязательно совпадают, но локально присутствующие профессиональные группы, безусловно, определяют структуру обитателей места и привносят характерные социальные практики в конкретную зону городского пространства.

Информационные сообщения. Такого рода послания, адресованные жителям, также представляют исследовательский интерес. Их примерами могут служить встреченные нами в той или иной форме в каждом районе галереи стендов в жанре «Гордость района». Информацию предоставляют также рекламные объявления на столбах и стенах, потенциально указывающие на наиболее распространенные проблемы, которые обещают решить те, кто предлагает свои услуги. Чуткий к рынку малый бизнес выступает источником сведений о насущных потребностях жителей. В нашей работе мы не предпринимали специального анализа таких сообщений, но отметили перспективность подобного исследования.

Можно предположить еще один ряд универсальных элементов городской среды, например, взаимодействие с городскими животными (домашними, бездомными и неодомашненными), организацию размещения личного автотранспорта, спортивную инфраструктуру, уличное искусство и прочее, но в нашей работе эти детали не были выявлены в той степени, которая позволила бы проанализировать их специфику по отдельным районам.

В ходе исследовательских прогулок могут происходить встречи и взаимодействие с горожанами. В жилых зонах местные жители задают вопросы о мотивах фотосъемки. Часто фотофиксация интерпретируется как работа журналистов или общественных деятелей. Жители предполагают, что фотографии послужат отчетом о проделанной администрацией работе по благоустройству либо о проблемах района/микрорайона/двора. В таком случае они начинают помогать «комиссии», рассказывая подробности дворового быта, давая интервью. В периферийных районах даже в людных общественных зонах в качестве реакции на фотосъемку может возникнуть напряжение разного характера:

– фотография воспринимается как форма контроля (у мигрантов, например);

– у жителей возникают опасения, что их частная жизнь будет вынесена на публику;

– к фотосъемке относятся как к исключительному событию (нужно подготовиться, хорошо выглядеть);

– высказывается непонимание причин съемки и негативное отношение к происходящему;

– высказываются опасения, что фотографии вообще будут использованы во вред тем, чья жизнь на них запечатлена.

Если суммировать и обобщить полученный опыт, мы встретили три основные типа реакции на работу нашей группы. Первый, наиболее распространенный, тип реакции сводился к подозрительному отношению к исследователям как к чужеродному элементу, часто – к активному выражению претензий по поводу присутствия чужака и производимой им фотосъемки. Второй тип демонстрирует вообще отсутствие какой-либо реакции на внешнего наблюдателя и его нетипичное поведение. Это эффект большого города, который характерен для центральных районов города или центров административных районов с высокой концентрацией горожан, гетерогенным социальным составом локации и наличием интенсивных людских потоков. Третий тип реакции, самый редкий, характеризуется попытками помочь исследователям: рассказами, выражением собственного мнения (обычно без выяснения задач исследователей и сути происходящего). В этом случае, кажется, срабатывает логика, согласно которой человек с камерой выполняет какое-то важное задание.

 

Ландшафты

Географическое понимание термина «ландшафт» важно, когда мы говорим о городе – особенно таком, как Нижний Новгород. Разнообразие местности и перепады высот создают большое количество мест, откуда открывается развернутая пространственная перспектива. Благодаря ей, становится видимым взаимодействие между отдаленными точками города. Выраженные природные характеристики местности (тот же перепад высот, водоемы) способствуют ясности в восприятии пространства, давая представление о его разнообразии.

Повседневные практики, как правило, задают собственные маршруты, и разнообразие города не всегда осознается жителями. Однако Нижний Новгород имеет свою особенность, подаренную ему географией: верхняя и нижняя части города разделены Окой, через которую переброшены мосты. Свободное пространство над рекой зрительно открывает друг для друга Нижегородский и Канавинский районы. Благодаря изгибу Оки, из этих двух районов видны также Советский и Приокский районы. Со склонов Слуды (Советский) и парка «Швейцария» (Приокский) открываются виды на Ленинский и Автозаводский районы. В перспективе главного проспекта Автозавода видны высотки Щербинок (Приокский район).

 

Нижегородский район

Исторический центр концентрирует в себе деловые и досуговые зоны. Именно отсюда начинаются большинство официальных и неофициальных экскурсий. Часто посещением исторического центра знакомство приезжих с Нижним и заканчивается.

Нижний Новгород возник в XIII веке на высоком берегу Волги, чуть ниже впадения в нее Оки. На сегодняшний день город расположен на обоих берегах – на высоком и на низком: это верхняя и нижняя части города.

Когда-то Дятловы горы были выбраны как место, удобное для строительства оборонительных сооружений. Сейчас именно они определяют представления нижегородцев об образе города. Хотя Нижний Новгород разросся, историческая часть, высокая, ландшафтная, остается объединяющим пространством. Здесь, «наверху», до сих пор любят собираться нижегородцы со всех концов города во время масштабных праздников (кроме того, с Дятловых гор эффектно смотрится шоу фейерверков).

«Идеальный» (или «подлинный») Нижний ассоциируется с историческим центром[4], небольшим по размерам и, как правило, не включенным в повседневные маршруты большинства его жителей. Это наиболее многофункциональное пространство города, и оно является таковым в более или менее равной степени для людей, проживающих во всех районах. Наиболее популярные места – площадь Максима Горького, улица Большая Покровская, площадь Минина и Пожарского, памятник Валерию Чкалову и Чкаловская лестница, Верхне-Волжская набережная. По богатству социальных смыслов, признаваемых жителями всего Нижнего Новгорода, это самые насыщенные места.

Архитектура исторического центра относится к различным периодам[5]. Отсюда он рос и здесь наиболее динамично развивается. Основание города и допетровский период архитектурно воплощает в себе Кремль. Сейчас он продолжает активно использоваться. Для большинства горожан и гостей это рекреационная и туристическая зона. На территории Кремля располагаются здания областной администрации. В центральном районе мы находим также и архитектуру более позднего, купеческого и мануфактурного, Нижнего Новгорода: дома и усадьбы самых влиятельных фамилий периода расцвета Нижегородской ярмарки, производственные предприятия тех времен, дворянскую застройку XVIII–XIX веков на улице Большая Покровская, купеческие особняки улиц Рождественская и Ильинская. Здесь же располагаются характерные образцы строительства XXI века, времени «нового Нижнего», часто являющихся результатами конкурсных архитектурных проектов (например, здание бизнес-центра «Лобачевский плаза»).

Предполагается, что историческая застройка центральных (прогулочных) улиц позволяет, как пишут в путеводителях, «проникнуться духом истории». В этой части города попадаются примеры стилизованных под старину новых построек. Купеческий особняк, оборудованный под модный магазин или ресторан. Рыбный магазин на центральной улице, который знают уже несколько поколений местных жителей. В любую эпоху, сохраняя свое расположение, он может менять владельцев, название и внешний вид, но оставаться «нынешним». Впрочем, рядом с хорошо отреставрированными зданиями встречаются строения, жизнь из которых ушла. Некоторые дома снесены, другие дожидаются этой участи. Нам довелось наблюдать снос одного старого дома. Зрелище печальное. Работники деловито разрушали и разбирали деревянные стены. Сопровождавший нас сотрудник «Арсенала» поспешил забрать до приезда мусоровоза нарядные оконные наличники и несколько расписанных уличными художниками кусков фанеры, закрывавших пустые оконные проемы оставленного жилья.

Периферия традиционно наиболее престижного Нижегородского района, как и периферия всех других районов, заполняется современными жилыми комплексами – многоэтажными и выполненными в едином стиле. Выезд из города ведет так же в наиболее престижную пригородную зону Зеленый Город.

Традиционно Нижегородский район воспринимается (и даже в этом смысле противопоставлен районам нижней, заречной части) как центр культурной жизни, место обитания интеллигенции, состоятельных и влиятельных людей. В то же время в полном соответствии с теорией городской экологии[6] здесь много нищих и домов ветхого фонда.

Для горожан, чьи повседневные практики связаны с Нижегородским районом, его особенности проявляются в сравнении с другими районами города. За редким исключением, через характеристики и объекты этого района определяется весь город и в современном информационном пространстве. Он оставляет впечатление деловитости, динамичности (старина тесно соседствует с современностью), благополучия, здесь присутствует современная инфраструктура.

Появление на улицах этого района фотографа не вызывает удивления: как и в больших городах вообще, прохожие почти не обращают внимания друг на друга. Здесь вообще можно наблюдать множество стилей – одежды, построек, способов поведения горожан на улице. Гетерогенная среда большого города чувствуется именно тут. Здесь позволительна инаковость.

Наверное, самым популярным видом Нижнего Новгорода, можно назвать панораму, открывающуюся от Кремля на стрелку Оки и Волги и далее на нижнюю часть города, – заречную часть туристы обычно не посещают, а лишь созерцают отсюда. Здесь открывается вид на старый порт, собор Александра Невского и Нижегородскую ярмарку – для нижегородцев второй после Кремля исторически значимый архитектурный комплекс. Переехав мост, мы оказываемся в Канавинском районе.

 

Илл. 1. Нижегородский район. Исторический центр. Здесь и далее фотографии Натальи Викулиной.

 

Илл. 2. Нижегородский район. Современные жилые комплексы.

 

Илл. 3. Нижегородский район. Частная застройка.

 

Илл. 4. Нижегородский район. Вид на нижнюю часть города.

 

Канавинский район

В ходе и по результатам наших исследовательских прогулок для каждого района выделилась характерная ассоциативная доминанта. Исключением стал Канавинский район. Внутри него даже непосредственно граничащие друг с другом микрорайоны и отдельные локации очень разнятся и подчас контрастируют. Старинные избы здесь не являются объектом любования: в них живут люди. Они набирают воду из колонки на улице и вывешивают выстиранное белье сушиться на веревку, перекинутую над тропинкой, пролегающей между домами. Через дорогу, за трамвайными путями, в многоэтажках идет современная жизнь, где, вместо огорода, сарая и бельевой веревки, перед домами расположен сквер с мощеными дорожками, игровыми площадками и «аллеей славы». Потратив еще десять минут на пешую прогулку, мы оказываемся среди малоэтажных домов, где живут в основном мигранты из Центральной Азии: перед заборами ремонтируют старые машины, жители через улицу громко переговариваются друг с другом, но нам сложно понять о чем – русский язык здесь не в ходу. На параллельной улице знакомимся с сержантом полиции, который в свой выходной день жарит во дворе дома шашлык. Отсюда же открывается вид на расположенный поблизости один из крупнейших торговых центров города с большим количеством бутиков.

Далее по пути следования контрастные впечатления продолжают быстро сменяться одно другим. До видневшегося от Кремля главного здания Нижегородской ярмарки пять минут езды на машине. Важнейший памятник истории и архитектуры, оно и сегодня выполняет свои изначальные задачи: там устраивают выставки и деловые форумы.

Несмотря на всю мозаичность впечатлений, в исторической перспективе эта часть города обладает очевидной преемственностью.

Канавинский район (Кунавино, как его называли до революции) играл определяющую роль в культурной и экономической жизни города в течение всего XIX века и стал особенно важным для Нижнего в середине столетия. Хотя тогда район еще не был включен в административные границы города, в этот период жизнь выстраивается во многом именно вокруг ярмарки.

 

«Значение ярмарки как во внутренней, так и во внешней торговле страны с каждым годом увеличивалось. В середине века стоимость привозимых на Нижегородскую ярмарку товаров превышала 60% общей стоимости товаров, прибывавших в Россию. В 1840-е годы на ярмарку ежегодно приезжали около 15 тыс. купцов, в том числе около 500 купцов из Западной Европы и Америки, 220 купцов из Средней Азии. Это соответствовало населению крупного губернского города. Всего в августе во время наибольшей активизации торговли собирались до 150–200 тыс. человек.

В 1820-е годы ярмарка значительно повлияла на формирование прибрежной зоны Нижнего Новгорода, особенно на застройку Рождественской улицы. На ней стали строиться многочисленные каменные дома, использовавшиеся в ярмарочное время под гостиницы и трактиры»[7].

 

Архитектура этого периода представлена зданиями ярмарочного комплекса, усадьбами и купеческими домами. Правда, деловые люди строились и селились на противоположном берегу реки – на улице Рождественской и в верхней части города. Район ярмарки – район торговли, многонациональной толпы, приезжих гостей и развлекательных заведений. Через порт, по Московскому тракту и по железной дороге, в Кунавино прибывали большие потоки людей, особенно в периоды активной работы ярмарки. Кто-то приезжал на время, другие оставались навсегда.

Междугороднее и международное транспортное сообщение и по сей день активно осуществляется через Канавинский район, он продолжает служить своеобразными воротами в город. Сегодня, когда речные порты утратили свое прежнее значение, основное сообщение идет через железнодорожный и автовокзалы. Здесь так же оседает большое количество приезжих, и, как и прежде, существенная часть из них специализируется на торговле.

Характерную черту социального ландшафта здесь определяет миграция. Массовые опросы горожан фиксируют напряжение, вызванное соседством традиционного населения города с мигрантами различных национальностей и конфессий, тем более сильное, чем выше численность и концентрация последних. Такими зонами стали районы ярмарки, железнодорожного вокзала и Центрального рынка.

Недалеко от главного ярмарочного здания расположен миграционный центр, ежедневно принимающий большое число приезжих. Вокруг образовалась соответствующая инфраструктура: лингвистические центры, фотоуслуги, в микрорайоне активно сдаются квартиры и комнаты.

Канавинский район снова готовится принимать многотысячные потоки приезжих: на слиянии («Стрелке») рек, недалеко от ярмарочного комплекса, возводится большой современный стадион, который должен быть открыт к Чемпионату мира по футболу в 2018 году. Выстраивается соответствующая инфраструктура, что формирует еще один архитектурный слой этой части города.

 

Илл. 5. Канавинский район. Многоэтажная жилая застройка.

 

Илл. 6. Канавинский район. Центральный рынок.

 

Илл. 7. Канавинский район. Строительная площадка стадиона к Чемпионату мира по футболу.

 

Сормовский район

Продолжая осваивать обширную нижнюю часть города, мы перемещаемся в район, игравший ключевую роль в имидже города в эпоху нижегородского судостроения и активного судоходства. Это Сормовский район. Основанный в середине XIX века судостроительный завод (в советское время он стал носить имя «Красное Сормово») фактически открывает историю Нижнего Новгорода как крупного промышленного центра.

Район Сормово в период своего наибольшего значения был схож с моногородом, присоединенным к Нижнему Новгороду лишь административно. Экономические и социальные факторы разделения подчеркивались и подчеркиваются естественной границей – рекой Окой и соответствующими сложностями в передвижении между верхней и нижней частями города. Хотя времена, когда это и подобное ему предприятия во многом определяли жизнь Нижнего, остались в прошлом, успевшие сложиться идентичности достаточно сильны: произнося «Сормово», нижегородцы имеют в виду не просто географию и административные границы.

В Нижнем Новгороде фактически существуют три варианта локальной самоидентификации: нижегородцы, сормовичи, автозаводцы. Жители других районов не обладают собственным обозначением.

Локальную идентичность как Сормова, так и Автозавода обусловливает ряд факторов. Изначально их жизнь определялась наличием структурообразующих предприятий, больших производств. Заводы нижней части города – гиганты, работать на которых пришлось членам огромного количества семей, проживающих здесь не одно поколение. Это районы города, которые исторически формировались как самостоятельные и самодостаточные поселения. В Сормовском и Автозаводском районах сложились явно обозначенные многофункциональные центры. Ясность пространственной структуры (даже на базовом уровне «центр–периферия») создает дополнительные условия для восприятия образа места. Географически эти два района удалены от «официального» центра города, расположенного в верхней части, что предопределило и необходимость создания богатой локальной инфраструктуры. Нередко можно слышать легенды о сормовичах или автозаводцах, никогда не покидавших своего района, в то время как для жителей верхней части города свойственна более высокая мобильность. Впрочем, для последних как раз эти районы остаются неизведанной зоной.

Крупный завод изначально задавал вектор развития территории, но, несмотря на это, в Сормовском районе не переставали работать промышленные производства разных масштабов и отраслей. Кроме многочисленных небольших производственных предприятий, район вмещает в себя крупные логистические комплексы. Вполне возможно, учитывая расположение города и, в частности, Сормовского района, это одна из его перспективных специализаций.

Некоторые районы, а точнее, микрорайоны, города оставляют впечатление «застрявших» во времени. Когда мы сталкиваемся с маркерами того или иного времени, паттернами поведения, ассоциирующимися с определенными историческими периодами, с ожившими стереотипами, мы чувствуем, что оказались в другой эпохе, знакомой, но уже минувшей. Было это случайностью или неизбежностью, но, перемещаясь по Сормовскому району, мы не раз испытывали чувство, что проходим сквозь различные временные, исторические пласты и сталкиваемся с социальной средой, казалось бы, уже оставшейся в прошлом. Наш внешний вид, фотоаппарат и поведение в целом вызывали негативное отношение, вплоть до агрессии. Такая реакция на чужака и на инаковость, непохожесть казалось пережитком недавнего прошлого.

Илл. 8. Сормовский район. Территория завода «Красное Сормово».

 

Илл. 9. Сормовский район. Детская площадка.

 

Илл. 10. Сормовский район. Торговый центр «Муравей».

 

Автозаводский район

Еще один город в городе – Автозаводский район. Он начал играть ведущую роль в жизни Нижнего, получив известность во всей стране в начале 1930-х, когда начали строить Горьковский автомобильный завод. Так продолжалось примерно до конца 1980-х. Логика архитектуры Автозавода отражена и в устройстве микрорайонов Соцгорода, и в концепции комплексных жилых районов, предназначенных для заводских рабочих. Согласно этой концепции, жилое пространство, квартиры, предназначались в первую очередь для отдыха человека между трудовыми сменами. Бытовые проблемы не должны были отвлекать от основного занятия – труда. Гуляя по Нижегородскому району, то и дело видишь здания бывших церквей и соборов, купеческих особняков, ночлежек для бедных и сиротских приютов. В Автозаводском районе мы встречаем узнаваемые советские здания бывшей прачечной, бывшей столовой, бани и других общественных мест, организовывавших индивидуальный и коллективный быт.

В прогулках по району можно прочувствовать и дух былой строительной гигантомании, и пульсацию сегодняшней обыденной жизни. Автомобильный завод остается местом работы для большого количества людей, хотя, конечно, свое былое значение в жизни города и в жизни страны он потерял. Еще в начале XXI века автомобили «Газель» были самым распространенным грузовым транспортом в России – в европейской части и за Уралом. Но сегодня и этот рынок активно насыщается аналогичными машинами, произведенным на других заводах и в других странах.

В самом конце XX века Автозавод успел обрести славу опасного района с высоким уровнем преступности, где по улицам разгуливали гопники. Но в последние лет десять район стал более известен как благоустроенный, удобный для жизни, с развитой инфраструктурой, отчасти продолжающий традицию вынесения ряда функций домохозяйств за пределы жилища. Примерами могут служить встреченные и вызвавшие наше любопытство необычные библиотечно-культурные центры, помогающие внешкольному развитию детей, своего рода центры «умного» детского досуга, где по абонементу можно использовать компьютерную и офисную технику. В районе заметна деятельность местного совета ветеранов (труда) – а немолодые люди составляют чуть ли не самую многочисленную часть населения.

 

Илл. 11. Автозаводский район. Бульвар.

 

Илл. 12. Автозаводский район. Парк культуры и отдыха.

 

Приокский район

История Приокского района связана с развитием города как центра технологий во второй половине и в конце XX века, когда здесь были развернуты приборостроительные заводы.

Вероятно, локализовываться этот кластер стал еще в начале XX века благодаря появившейся здесь радиотелефонной компании «Сименс и Гальске». Основные направления деятельности предприятий Приокского района сегодня – выпуск военной продукции, разработка и производство радиоэлектронной аппаратуры, аппаратов радиолокации. Жилые комплексы на территории района изначально возводились для расселения инженерно-технических работников, занятых на этих заводах.

Географически район вытянут вдоль реки и вдоль проспекта Гагарина – одной из крупнейших магистралей Нижнего. С одной стороны его граница проходит по высокому обрывистому берегу Оки. С другой стороны городские постройки упираются в лесопарковый массив «Щелоковский хутор» и ботанический сад Нижегородского государственного университета имени Н.И. Лобачевского.

Здесь практически нет площадей, которые можно было бы назвать центрами общественной жизни и тем более – доминантами района. Самое популярное общественное пространство – вытянувшийся неширокой полосой парк «Швейцария». Роль центра выполняет заселенный край района – проспект Гагарина. Фактически городская застройка тянется вдоль него и расширяется в конце, упираясь в обширные жилые массивы, отстроенные по большей части в конце XX века – Щербинки-1, Щербинки-2, Щербинки-3.

В архитектуре промышленной зоны проявляются типичные заводские черты – длинные здания с большим количеством окон. В начале проспекта – застройка в духе сталинского ампира, которая традиционно соседствует с двух- и трехэтажными деревянными микрорайонами. Если социальная база района середины XX века определялась инженерно-техническими работниками, то позднее, с развитием многоэтажного строительства район постепенно превращается в гигантский «спальный» жилой массив – соответственно, социальный состав также становится существенно более гетерогенным.

Заметную часть Приокского района занимают сады, поселки со старыми деревенскими и садовыми постройками и новыми малоэтажными домами и даже старые деревни. Интеграция отдельных населенных единиц в единую городскую систему не завершена. В Приокском районе есть два выезда из города, и в обе стороны идет активная застройка: промышленная на юг и жилая на запад. Помимо уже включенных в административные границы Нижнего деревень и садовых товариществ, предполагается дальнейшее расширение городских границ.

Зрительно район очень зеленый: аллеи, парки, скверы. Мы отметили, что по сравнению с другими он является необычно оживленным и людным.

 

Илл. 13. Приокский район. Здания промышленных предприятий.

 

Илл. 14. Приокский район. Уличная торговля.

 

Илл. 15. Приокский район. Старая застройка.

 

Московский район

Даже жителям этого района не всегда ясны его очертания и образ. При просьбе назвать его примечательные места они нередко ошибаются, называя объекты, расположенные в Сормове или Канавине.

Это один из районов, имеющих вытянутую форму. Но, в отличие от Нижегородского, Приокского, Ленинского (в его обитаемой части), он вытягивается не вдоль природного, а вдоль антропогенного объекта – Московского шоссе, являющегося частью федеральной трассы. Такая конфигурация пространства не располагает к активному взаимодействию и возникновению центров культурно-социального значения. Единственное расширение шоссе имеет в месте круговой транспортной развязки. Здесь расположен действительно ясный для жителей района ориентир – бывший кинотеатр «Москва». Хотя здание это уже не используется по назначению, в нем расположены магазины и кафе, в «нижегородском языке» сохранился народный топоним «кинотеатр Москва».

Район остается одним из центров промышленности. Но ее специализация отличается от индустрий соседних, Сормовского или Автозаводского, районов. Главные здешние предприятия были секретными. Деятельность заводов не предавалась огласке. Жизнь работников любого закрытого производства не должна была привлекать внимания и вызывать нежелательные вопросы. В отличие от позволительно броской идентичности строителей кораблей или автомобилей, имеющих возможность во всеуслышание гордиться своим трудом и демонстрировать его результаты, профессиональная идентичность работников «Сокола», «ОКБМ» и других подобных заводов не могла формироваться по такому же сценарию. Жилье для работников выстраивалось вблизи производств, заводские коллективы представляли собой сплоченные и довольно замкнутые группы.

Здесь практически отсутствуют объекты, помогающие сформировать представление о местности: здания заводов закрыты глухими заборами, продукция почти не может быть представлена широкой публике. Даже сам рассказ о достижениях предприятий затруднен – если не секретностью, то сложностью описания.

Жилая архитектура традиционна для всех производственных районов города. С одной стороны, это сталинки в кварталах, предназначенных для руководства и передовиков производств; с другой стороны, народная и малоэтажная прагматичного вида застройка, тянущаяся от наиболее крупных заводов. Сейчас район застроен и кварталами типовых многоэтажных жилых домов.

В этом районе мы испытывали сложности с перемещением. Непростой задачей оказалось попасть на общественном транспорте из одной части в другую. Во-первых, из-за закрытых промышленных комплексов район практически нельзя пересечь насквозь. Обширные, глухо огороженные пространства подчеркивают закрытый характер территории и определяют представление о безликости этого района, характерные для горожан, не знакомых непосредственно с нынешней или былой деятельностью заводов оборонной промышленности.

В настоящее время внутригородская мобильность слишком высока, чтобы на территории района, как и прежде, проживали преимущественно сотрудники ключевых предприятий, так что выделение его в пространстве социальных смыслов оказывается еще более затруднено.

 

Илл. 16. Московский район.

 

Ленинский район

Это один из районов города, по которому не сможет провести экскурсию большинство жителей Нижнего Новгорода. В информационном поле он представлен крайне бедно. Его физическая структура тоже не способствует легкости восприятия.

Плотно застроенная и заселенная часть района вытянута вдоль проспекта Ленина, одной из крупнейших магистралей, которая по земле и под землей соединяет старый город и Автозавод. На этой магистрали и около нее есть ряд значимых локаций: Комсомольская площадь, площадь и сквер бульвара Заречный, транспортная развязка «Пролетарка». Они служат точками притяжения общественной жизни и значимыми ориентирами в пространстве района.

Ранее развитые крупные производства утратили былую славу. В районе представлена логистическая инфраструктура в форме старых заводских комплексов, сдаваемых теперь в аренду под склады и специализированные рынки. Особенно мрачное впечатление производят обширные производственные зоны и склады на улице Кузбасской и вокруг нее. Степень обветшания этих зданий сложно преувеличить.

Исторически Ленинский район образован рядом деревень, расположенных вдоль реки. Сейчас они продолжают занимать существенную часть территории и демонстрируют общую тенденцию для всего города: соседство сохранившихся старых домов, отличающихся от квартир меньшими удобствами и низким статусом, и новых коттеджей, отличающихся от квартир как раз большим комфортом проживания и более высоким престижем. В процессе изучения района мы столкнулись с тем, что буквально оказались в деревне со свойственным для такого рода поселений укладом жизни: жители переговариваются через улицу, сидя на лавочках перед забором своего участка, вокруг бегают дворовые собаки, провожающие чужаков лаем. В «городской» части района заметен «шлейф» соседнего Канавина – множество мигрантов из Центральной Азии, особенно вблизи границы двух районов.

 

Илл. 17. Ленинский район. Проспект Ленина.

 

Илл. 18. Ленинский район. Старая застройка.

 

Илл. 19. Ленинский район. Улица Шекспира.

 

Советский район

Советский район соседствует с историческим центром города, и граница между ними в восприятии нижегородцев весьма размыта.

Административная черта, улица Белинского, примечательна как историческая граница. Тут до сих пор сохраняется трамвайное движение, и его траектория соединяет Советский и Нижегородский районы в маршрут «Городское кольцо». Превращение «Белинки» в одну из центральных и фешенебельных улиц Нижнего Новгорода происходит со второй четверти XX века (до того времени ее названием было Напольная – вела она на поле), когда она застраивается в стиле советского неоклассицизма. Во многом сохранившийся почти век спустя облик улицы сочетается с ее сегодняшним деловым характером.

Роль Советского района, как нам представляется, состоит в обеспечении жильем большого количества людей, которые работают в центре, – подавляющая часть территории занята жилыми массивами, самый примечательный из них, пожалуй, Кузнечиха (топоним унаследован от поглощенной городом одноименной деревни). Кроме спальных кварталов со школами, детскими садами, торговыми точками, здесь есть и досуговые центры.

Находящиеся вдоль границы с Нижегородским районом жилые массивы обладают примерно такой же степенью престижности. Но темпы строительства нового жилья в Советском районе медленнее.

Здесь практически нет значимых мест для массовых мероприятий – например, в Дни города жители выбирают для празднования более выразительные зоны Приокского и, конечно, Нижегородского районов.

В поисках особой идентичности места можно выделить еще одно обстоятельство: спортивный кластер, образованный в районе главного крытого спортивного сооружения города – Дворца спорта. Рядом с ним располагается крупнейший и популярнейший бассейн «Дельфин», а поблизости – спортивный центр Государственного университета, популярный центр скалолазания и ряд других спортивных учреждений.

Урочище Слуда за гостиницей «Ока» собирает спортсменов и любителей горных лыж, сноубордов, горных велосипедов. Под урочищем, на реке Оке, расположен яхт-клуб.

 

Илл. 20. Советский район. Строящийся дом.

 

Илл. 21. Советский район. Урочище Слуда.

 

Заключение

Каждый может предложить свою интерпретацию города и его отдельных локаций, и, возможно, главным достижением при этом станут не столько итоговые описания, которые неизбежно будут вызывать споры, сколько сами процессы рефлексии и обсуждений.

Хотя в информационном пространстве заметными являются лишь некоторые и наиболее популярные части города, локальные идентичности других районов и даже микрорайонов также важны. С одной стороны, это справедливо по отношению к истории и современности каждой отдельной территории. С другой стороны, идея места важна для жителей каждого района, позволяя ощутить причастность к общей жизни города и при этом создавая основу для актуальной самоидентификации горожан.

Изучая и (заново) узнавая с город с художественно-социологический исследовательской позиции, подспудно стараешься сформировать свое представление о нем как о едином объекте. Несмотря на то, что мы искали специфику районов, интуитивно мы все равно имели в голове целостный образ Нижнего как некий идеальный объект. Вероятно, любой большой город с долгой историей при ближайшем рассмотрении начинает напоминать мозаику. Районы заметно отличаются один от другого: по специализации, по плотности населения и значимых мест, по социальной структуре, по характеру природных ландшафтов, даже по скорости течения времени. Собрать воедино образ, который репрезентировал бы целостность большого города, непросто.

На сегодняшний день Нижний Новгород не имеет ясного и убедительного образа, каким раньше были образы торгово-купеческого или промышленного города. Это затрудняет и самоидентификацию горожан, и работу над внешним позиционированием территории. Нет очевидной основы для развития образа города, в связи с чем регулярно предпринимаются попытки ее поиска: через отсылки к истории, географии, через событийный туристический маркетинг, через акцентирование деловой активности и так далее. Нижний Новгород как будто ожидает нового контекста, чтобы сложить из его элементов свой новый образ. Но сегодня недостаточно умения реагировать на внешние импульсы, поэтому эта задача требует тонкого понимания исторической специфики самой территории и ее среды, равно как и четкого представления о том, какой мы ее хотим видеть в будущем.

 

[1] Настоящий текст представляет собой часть проекта «Нижний Новгород: попытка современного описания», организованного Государственным центром современного искусства в Нижнем Новгороде «Арсенал» совместно с журналом «Неприкосновенный запас».

[2] Чернявская О.С. Нижний Новгород глазами нижегородцев: внутренний образ города // Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского. Серия «Социальные науки». 2013. № 1(29). С. 69–76.

[3] Штомпка П. Визуальная социология. Фотография как метод исследования. М.: Логос, 2007. С. 32–33.

[4] Чернявская О.С. Физическое пространство Нижнего Новгорода в восприятии нижегородцев // Социально-экономические преобразования и проблемы. Вып. 2. Нижний Новгород: НИСОЦ, 2012. С. 112–124.

[5] Кучерова Т. Этапы градостроительной деятельности в Нижнем Новгороде (www.opentextnn.ru/space/nn/?id=564).

[6] Парк Р.Э. Городское сообщество как пространственная конфигурация и моральный порядок // Социальные и гуманитарные науки за рубежом. 2000. № 3. С. 136–150.

[7] Шумилкин С. Нижегородская ярмарка (http://xn–b1acdfjbh2acclca1a.xn–p1ai/references/arch/fair/fair1.html).