Ксения Черкаева. От «позорного креста» к «общепринятым стандартам»: Трансформация термина «достоинство» в юриспруденциях Российской империи, Советского Союза и Российской Федерации

Современная российская юриспруденция признает то объективное и неотъемлемое человеческое достоинство, которым обладает каждый по праву рождения. Законом защищается от клеветы и другой, субъективный род достоинства: это самоуважение истца в его собственной оценке личных моральных качеств. Юридическое значение этого субъективного достоинства претерпело радикальные метаморфозы в течение последнего столетия: от сугубо личных этических норм, которым следует человек в силу нравственного долга и которые превыше закона и общественного мнения, оно свелось к защите общественно-морального статуса человека и далее, к юридически защищенному субъективному состоянию чувств человека, оцениваемому по «общепринятым стандартам».

Сегодня законодательство РФ защищает честь и достоинство истцов от оскорбления и клеветы. Однако уголовный кодекс 1903 г. защищал только честь: «внутреннее достоинство», как разъясняли правоведы, «не может быть объектом оскорбления, ибо оно слагается и живет в индивиде вне отношения к нему окружающих, подчиняясь лишь оценке его совести и сознанию им идеи долга». Признавая граждан этическими субъектами, закон самоограничивался регулированием лишь внешних действий, не вторгаясь в этическую область личных чувств.

Но к 1961 году законы о клевете взяли под защиту в придачу к чести и достоинство. Утверждая, что «выполнение трудового долга есть главное мерило общественного веса», позднесоветский юридический дискурс активировал шкалу, в которой и честь, и достоинство могли быть в равной мере внешне наблюдаемы и подвержены оценке: критериями такой оценки он устанавливал результат стараний человека в исполнении трудового долга на благо Родины и усилий в построении нового коммунистического общества. Эта шкала имела установленные границы: «Советский человек, забывающий о своем достоинстве гражданина страны социализма, — утверждали правоведы, — теряет право на уважение со стороны своей Родины».

Моральная шкала, по которой исчислялось достоинство, исчезла из юридического дискурса после крушения СССР, однако юридическая защита «чести и достоинства» осталась. Отсылки на достоинство в правах человека вытеснили старые ставки на коммунистическую мораль, но, используя термин «достоинство» как неотъемлемую ценность всех людей независимо от их нравственного устремления, они не смогли предоставить закону новую внешнюю шкалу, по которой можно было бы судить о исполнении человеком его морального долга. В законодательстве отсутствует кодифицированная шкала, позволяющая фиксировать умаление субъективного достоинства. Судебная практика вынуждена лавировать «в соответствии с общепринятыми социальными стандартами», полагаясь лишь на «общесмысловое словоупотребление» этого термина.

Таким образом, за минувшее столетие в практике дел о клевете понятие достоинства совершило полный смысловой разворот: от законов, которые не защищали личное достоинство потому, что оно никем не могло быть поругаемо, до судебной защиты достоинства, определяемого «общепринятым социальным стандартом».

Автор тезиса: 
Ксения Черкаева