Диляра Брилева. От (само)унижения к достойному: дискурс татар-мусульман Российской империи начала ХХ века (по материалам журнала «Шура» (1908–1917)

Периодическая печать татар-мусульман Волго-Уральского региона Российской империи, которая издавалась между двумя революциями 1905 и 1917 годов, представляла собой социальный механизм, позволивший географически рассредоточенным общностям мусульман России организовать площадку для публичных обсуждений различных острых вопросов современности. Подобной площадкой для обсуждения вопросов различного характера стали газета «Вакыт» и ее приложение, журнал «Шура», связанные с именем выдающегося публициста, ученого, богослова, общественного деятеля и будущего муфтия ЦДУМ Ризаэтдина Фахретдина (1859–1936).

Одной из основных проблем современности авторы журнала «Шура» видели в униженном положении мусульман по всему миру. К началу ХХ века часть татар-мусульман Российской империи уже имела возможность передвигаться по территории как самой России, так и разным областям Османской империи, Западной Европы, а также Северной и Южной Америк, сравнивая при этом условия жизни мусульман различных регионов России (Волго-Уральский регион, Крым, Центральная Азия, Кавказ) с положением дел в мусульманских и немусульманских сообществах. При этом они совершали своего рода путешествие во времени. Современность сравнивалась с первыми веками существования ислама, о котором коллективная память донесла лучшие воспоминания: мусульмане еще не успели погрязнуть в стагнации, и асабиййа мусульманской общины (термин, используемый Ибн Халдуном для обозначения связей внутри одного сообщества, которые, в свою очередь, сильны в кочевой период жизни общества и слабы в имперский) мусульманской общины еще не успела пострадать. Напротив, в государственных делах, военном деле, науке мусульмане превосходили европейцев, сопоставление с которыми теперь было одним из основных способов познания себя.

Пытаясь найти свое место в «системе координат» народов/наций (миллетлер), авторы журнала «Шура» разделяли их по принципу отношения к прогрессу (таракки): «мы» —отсталые и «они» — развитые народы. Отсталые народы, к которым в большинстве случаев относились как мусульмане в целом, так и мусульмане Российской империи в частности, находились к униженном положении. Говоря про униженное положение, следует подчеркнуть, что авторы татарской мусульманской периодической прессы прежде всего обсуждали финансово-экономическое унижение, «отсталость» в вопросах образования и воспитания нового поколения, «отсталое» и униженное положение женщины в семье и обществе, избегая при этом политических тем. Как отмечает Авишай Маргалит, унижение распознается легче, чем уважение. Этот тезис объясняет то, что авторы статей прежде всего описывали конкретные сферы, в которых проявлялось унижение современных им мусульман. Решение набора социальных проблем должно было вывести мусульман из униженного положения. В этой связи авторам представлялся важным опыт «развитых» народов по движению к обществу достоинства. К «развитым» народам обычно относили население Западной Европы, Северной и Южной Америки, а также, в некоторых случаях, жителей Стамбула (когда было уместно противопоставление мусульман России и мусульман отдельных провинций Османской империи в некоторых вопросах).

Интересно, что, говоря об унижении мусульман, авторы зачастую имели в виду самоунижение, то есть рассматривали собственное униженное положение как результат своих же действий. И лишь иногда, касаясь вопросов политического и экономического унижения иностранных мусульман, в качестве причин подобного развития событий назывались действия и «развитых» народов.

Критика старого, «отсталого», униженного и особый интерес к новому, «прогрессивному» и достойному в жизни других мусульман был обусловлен тем, что в начале ХХ века татары-мусульмане Российской империи переживали масштабные социально-экономические и культурные реформы, которые основывались на критике старого, и интересовались новым опытом разрешения схожих социальных проблем у других мусульман. Таким образом, восприятие ислама как собственного, так и другого, осуществлялось через призму дихотомии «старое (которое подлежит уничтожению) и новое (которое должно быть построено)».

Автор тезиса: 
Диляра Брилева