ОДЕЖДА. МОДА И НАЦИОНАЛЬНАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ. ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
Влияние традиционной индийской одежды на итальянскую моду: от Джерманы Маручелли к Джанни Версаче

Паола Колаякомо (Paola Colaiacomo) — преподавала в римском Университете Ла Сапиенца и венецианском Университете IUAV. Автор книги «Крамольная элегантность: Пазолини и мужская мода» («Factious Elegance: Pasolini and Male Fashion», Венеция, 2007).

Виттория Керетоззоло (Vittoria C. Caratozzolo) — преподает культурологию моды в римском Университете Ла Сапиенца. Автор книги «Ирен Брин: итальянский стиль в моде» («Irene Brin: Italian Style in Fashion», Венеция, 2006).

 

Статья впервые опубликована в журнале Fashion Theory: The Journal of Dress, Body & Culture (2010. Vol. 14.2)

 

Первая международная одежная конференция

Рождение итальянской моды традиционно относят к модным пока­зам 1951-1952 годов во Флоренции. Их успех можно вписать в историю послевоенного романа между Италией и США: изысканные силуэ­ты, созданные итальянскими модельерами, на самом деле опирались на представление об облике представительницы американского сред­него класса. Этот образ женственности в свою очередь формировал покупательские привычки итальянок. Такое взаимное отражение спо­собствовало развитию национальной итальянской моды. Успешное ут­верждение итальянской моды на американском рынке подпитывало ее успех и на родине.

Это взаимодействие, однако, характеризовалось глубоким дисба­лансом. Хотя он и не был замечен современниками, его последствия до сих пор чувствуются. В то время как диалектика, возникающая между «видеть» и «быть увиденным», приводила к возникновению новой уве­ренности в своих силах тех, кто был непосредственно связан с миром моды, государственные организации значительно отставали — итальян­ские учебные заведения не признавали моду культурным достоянием, которое следует поддерживать и распространять. Сравним итальян­скую и французскую ситуации: в 1955 году Кристиан Диор читал курс лекций в Сорбонне, в то время как ни один итальянский университет не пригласил бы Джерману Маручелли провести лекцию. Учитывая такое положение вещей, тот факт, что в середине 1950-х годов ведущие итальянские модельеры обратились к Востоку за вдохновением, свиде­тельствует об их недавно обретенной зрелости и уверенности в себе. Мы можем теоретически сопоставить подобное стремление открывать новые горизонты с исследованиями современных левых интеллектуа­лов, режиссеров и значительных, хотя и несколько маргинальных твор­ческих объединений.

В сентябре 1956 года в палаццо Грасси была проведена первая меж­дународная одежная конференция, организованная Международным центром искусств и костюма под руководством секретаря этой орга­низации, Паоло Маринотти; ее посетили представители восьми евро­пейских и неевропейских стран: Испании, Ирландии, Великобритании, Германии, США, Японии, Индии и, конечно, Италии. Вопреки всем ожиданиям, Парижский синдикат высокой моды отказался принять участие в конференции. Пьер Бальмен и Альварес Кастилло (позже работал с Жанной Ланвен) приехали в Венецию самостоятельно.

Организация международной конференции была одним из немногих проявлений общественного признания культурного статуса искусства создания одежды в послевоенной Италии. Мы можем почувствовать это ощущение непривычности и новизны, если обратимся к очерку Ирен Брин, посвященному конференции. Брин, модный журналист, знаток нравов и светская львица, активно защищала итальянский стиль как дома, так и за рубежом. Она считала, что «ни одно событие не имеет столь важного значения, как этот акт элегантного слияния: восемь на­ций (только одна из них отказалась от приглашения) были приглаше­ны, чтобы показать совместно с Италией ту одежду, которую они сочтут наиболее отражающей их стиль жизни. Другими словами, всему миру был предложен легкомысленный вариант культурного обмена» (Brin 1956: 98).

 

(Продолжение читайте в печатной версии журнала)