Анна Разувалова (Институт русской литературы РАН (Пушкинский Дом), Санкт-Петербург). О «революционности», «реакционности» и «реактивности»: трансформации протестной риторики Эдуарда Лимонова и Захара Прилепина

После того как в 2014 году имевшие репутацию оппозиционеров Эдуард Лимонов и Захар Прилепин выступили с поддержкой курса российской власти, в их адрес со стороны либерально настроенной публики зазвучали резкие упреки в следовании политической конъюнктуре и отходе от прежней протестной позиции. Иначе говоря, в глазах либералов сегодняшняя деятельность Лимонова и Прилепина есть не что иное, как поддержка реакционных мер в политике и культуре. Отвергая обвинения в оппортунизме и уверяя, что это власть наконец последовала их политическим рецептам, оба героя тем не менее признают наличие консервативной («реакционной») составляющей в своих воззрениях и даже полемически гипертрофируют ее, особенно в случаях публичной самоаттестации перед лицом условных либеральных кругов. Вместе с тем Лимонов и Прилепин по-прежнему описывают (первый менее последовательно, нежели второй) свою политико-культурную позицию при помощи «революционной» терминологии.

Как показал Ж. Старобинский, в рамках разных интерпретативных систем и дискурсов антагонизм понятий «революция» и «реакция» может быть не жестким, а сам термин «политическая реакция» — иметь плавающее значение. Национал-большевистский дискурс 1990-х и его модификации в последующие десятилетия в известной мере подтверждают верность этого наблюдения — для обоснования своих инициатив национал-большевики (впоследствии члены «Другой России») использовали разнообразные риторико-идеологические конфигурации «революционного» и «реакционного», объяснявшие и в определенном смысле предопределявшие как их эстетическую и политическую стратегию, так и особенности публичной самопрезентации. Возникновение подобных конфигураций не в последнюю очередь обусловлено тем, что для Лимонова и Прилепина и «революция», и «реакция» имплицитно соотнесены с понятием «реактивности» как непременного, запрограммированного первичным стимулом ответного действия. Несмотря на различия риторики Лимонова и Прилепина, оба они, то сближая, то разводя «революцию» и «реакцию», стремятся преобразовать, пользуясь словами того же Старобинского, «физиологию приспособления» в «физиологию… воли» и интегрировать данные понятия в «дискурс призыва к действию», в мобилизующую, атакующую и предполагающую радикальность предпринимаемых мер программу. В докладе будет рассмотрена риторико-идеологическая специфика этой эклектичной программы, позволяющей обоим авторам, с одной стороны, не противоречить властным усилиям по достижению общественного консенсуса посредством критики «либеральной» революции 1990-х или «оранжевых революций», а с другой стороны, с большей или меньшей успешностью поддерживать репутацию критиков сложившегося порядка, способных предложить альтернативный социальный проект и приступить к его реализации.

Автор тезиса: 
Анна Разувалова