ОДЕЖДА. УНИФОРМА. ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ
Одетые, чтобы исцелять: меняющаяся семиотика хирургического костюма

Сьюзан Харди (Susan Hardy) — почетный лектор Школы гуманитарных наук и языков в университете Нового Южного Уэльса в Сиднее, Австралия; ранее преподавала историю медицины в рамках программы «История и философия науки». Сфера научных интересов — история медицины.

Энтони Коронес (Anthony Corones) — почетный лектор Школы гуманитарных наук и языков в университете Нового Южного Уэльса в Сиднее, Австралия; ранее читал курсы в рамках программы «История и философия науки». Сфера научных интересов — история и философия медицины.

 

В отличие от истории развития хирургических перевязочных средств, хирургическому костюму исследователи уделяют гораздо меньше внимания и чаще всего упоминают его лишь вскользь. Об одежде, которую надевает хирург во время проведения операций, часто пишут в духе «от сюртуков к белым халатам», но причины этой смены практически не анализируются и не обсуждаются. В некотором отношении не удивительно, что специалисты по истории медицины большей частью не обращали внимания на костюм, ведь его история представляется побочной по отношению к описанию научнотехнического прогресса в рамках истории медицины в общем и истории хирургии в частности1. Тем не менее создается впечатление, что историкам медицины не приходило в голову рассматривать костюм как показатель значительных изменений в хирургической практике, особенно в период, которому посвящена настоящая статья.

Переход от «джентльменского» сюртука к специализированному операционному белью — белым халатам и блузам — происходил постепенно на протяжении 1860–1910х годов. Основное внимание в статье уделяется костюму хирурговмужчин в указанный период (хотя тогда встречались и хирургиженщины, наиболее ярко переход виден на примере изображений мужчин). Одежда медицинских сестер, за исключением совсем кратких упоминаний, в статье обсуждаться не будет (сама по себе она достойна отдельной статьи). Как и почему произошла такая разительная перемена в одежде хирургов? Чтобы ответить на этот вопрос, необходимо обратиться к семиотике костюма.

Если моду можно обобщенно определить как «культурный конструкт воплощенной идентичности»2, то переход от сюртуков к белым халатам может рассматриваться как реконструкция воплощенной идентичности хирургов. Что еще важнее, он также может быть представлен как культурный конструкт прогрессивной хирургии. Сопротивление переменам, в свою очередь, может маркировать ранних приверженцев белого халата как «героев» в различных аспектах, в том числе в плане познавательной смелости и инновационного дерзания. Напряжение между воображаемой безопасностью проверенных временем медицинских практик и риском, присущим новым практикам, может, таким образом, проявляться в столкновении воплощенных идентичностей; это столкновение, в свою очередь, может помочь нам пролить свет на природу изменений в медицине.

Иными словами, костюм не может считаться побочным по отношению к медицинской практике. Это обстоятельство выявилось в ходе недавно возникшего так называемого белохалатного спора (the «white coat» controversy) о том, чтó должны носить медицинские работники. В частности, значение костюма и тот культурный капитал, который он собой фиксирует, — это ключи к пониманию борьбы за авторитет доверие к медицине. Таким образом, теория моды может помочь объяснить медицинскую практику.

 

(Продолжение читайте в печатной версии журнала)

 

Примечания

1. См., напр., такие общепризнанные труды, как: Wangensteen & Wangensteen 1978; Bynum & Porter 1993; Porter 1996; Porter 1997; Brunton 2004.

2. Из раздела Aims & Scope вебсайта журнала Fashion Theory: www. tandfonline.com/rfft.