Препринт

«Горький выбор» Майкла Ходарковского: как Кавказ стал частью Российской империи

Майкл Ходарковский. Горький выбор. Новое литературное обозрениеПроникновение России на Северный Кавказ началось еще во второй половине XVI века, когда сыновья кабардинского князя Темрюка были посланы в Москву и приняли крещение, а Иван Грозный женился на их сестре Кученей. Тогда же, в начале 1560-х годов, на месте впадения в Терек реки Сунжи русские стрельцы основали Терский город. Завоевание Северного Кавказа в полной мере началось в 1760-е годы со строительством Моздокской укрепленной линии. Долгая и кровавая колонизация Северного Кавказа закончилась только через век. Однако до сих пор этот регион остается самым проблемным в составе Российской Федерации, а история имперского завоевания раскрывается не в полной мере.

Американский историк Майкл Ходарковский, закончивший университет в Элисте и начавший академическую карьеру в Чикаго, на основе архивных документов реконструирует жизнь русского офицера Семена Атарщикова (1807–1845). Сын чеченца и ногайки, Атарщиков родился в казацкой станице, с восьми до пятнадцати лет, согласно кавказской традиции, воспитывался в чужой семье кумыкского бека. Прослужив несколько лет на Кавказе, в 1830 году Семен был переведен в Черкесскую гвардию Петербурга в качестве переводчика — он владел русским, арабским и двумя кавказскими языками. В возрасте 34 лет офицер неожиданно бежал к адыгам, однако вернулся, получил помилование от императора и назначение в казачий полк в Финляндию. До отъезда на север Атарщиков снова дезертировал, принял в горах ислам и позже был убит своим слугой. Биография Семена Атарщикова занимает менее половины книги. Через призму метаний русского офицера кавказского происхождения, разрываемого между двумя мирами, Ходарковский рассказывает о колонизации Северного Кавказа, описывает экономическое, культурное и политическое многообразие региона в переломную эпоху.

Что нужно знать об имперском завоевании Северного Кавказа

Цифры

2 миллиона

Количество погибших с обеих сторон в ходе российского завоевания Северного Кавказа, в результате которого примерно 4 миллиона населения стали подданными империи.

20 тысяч

Русское населения Северного Кавказа в 1762 году.

111,4 тысячи

Численность русского населения Северного Кавказа к концу XVIII века (не считая 38,5 тысячи украинцев и 14,5 тысячи христиан иного этнического происхождения).

41 534

Количество украинских крестьян, в период с 1808 по 1811 год приехавших на кубанские земли, которые ранее принадлежали выселенным ногайцам и черкесам.

6 тысяч рублей

Ежегодное содержание, полагавшееся правителю кумыков и дербентскому хану за счет имперской казны.

15

Число мечетей в Дербенте в первой половине XIX века. Джума-мечеть Дербента была основана в 733 году и считается самой старой на Кавказе.

1/6 часть бюджета империи

Военные расходы правительства на Северном Кавказе в 1840-е годы.

143 438 рублей

Стоимость путешествия Николая I на Кавказ. Оно заняло три месяца и привело к тому, что 170 лошадей умерли от истощения.

Около 4 тысяч

Количество русских дезертиров на Северо-Западном Кавказе в конце 1850-х годов.

Несколько сотен тысяч

Число адыгов, которые эмигрировали в Османскую империю в 1863–1865 годах.

Методы российского завоевания Северного Кавказа в первой половине XIX века

Захват традиционных пастбищ, выселение скотоводческих народов

Так с берегов Кубани были выселены ногайцы, а с Терека — кабардинцы. На смену скотоводам приходили казаки, русские, немецкие и украинские крестьяне, армянские, грузинские и греческие купцы.

Тактика выжженной земли

Уничтожение аулов, сжигание пастбищ и посевов, убийство мирных жителей. Российское правительство слишком поздно начало осознавать, что его военные действия на Северном Кавказе и тактика выжженной земли, применяемая генералом Ермоловым, приводят к обратному результату — усилению сопротивления со стороны местного населения.

Основание крепостей

на стратегических высотах и казачьих станиц на захваченных равнинах

Сталкивание разных социальных, этнических и родственных групп друг с другом

Русские вознаграждали тех, кто выбирал сотрудничество с Россией, и карали тех, кто этому сопротивлялся.

Экономическая колонизация

Вынужденная зависимость от русских товаров и в первую очередь от соли, месторождения которой на равнинных территория Кавказа находились под властью империи.

Роль ислама в сопротивлении колонизации

Имамат Шамиля стремился заменить племенные идентичности раздробленного Северного Кавказа исламским государством. Война Шамиля была направлена как на внедрение истинного ислама и превращение северокавказского населения в правоверных мусульман, так и на сопротивление российскому вторжению. Для Шамиля и его сторонников ислам и шариат должны были отделить мусульман от христиан, верующих от неверных, жертв от угнетателей и местные народы от чужаков. Колонизация Северного Кавказа ускорила исламизацию не одного коренного народа и явилась косвенным импульсом к развитию суфизма среди чеченцев и ингушей.

Обычай взятия заложников

Взятие заложников являлось стандартной практикой в отношениях России с нехристианским пограничным населением. Обычно заложником (аманатом) становился один из наследников вождя по мужской линии. Его отправляли в пограничный русский город и селили на специально построенном «аманатном дворе». Заложники жили в нищенских условиях, фактически на правах заключенных. Считалось, что эта мера позволяла предотвратить враждебные действия местных вождей в отношении России. Ближе к концу XVIII века российское правительство понемногу стало переходить к более тонким методам управления нехристианскими народами. Оно по-прежнему брало заложников, но под другим предлогом: теперь сыновья местной аристократии и дворянства направлялись в Россию с учебными целями. Знатных заложников часто отсылали к императорскому двору в Петербург, где они получали образование, приличествовавшее владетельному наследнику.

Знаменитые заложники

Измаил Атажуков

Кабардинский князь и русский полковник, прототип главного героя поэмы Лермонтова «Измаил-бей». Получил образование в Петербурге, достиг чина полковника, обеспечил себе жалованье и награды. Однако свою жену держал в Кабарде, сына отправил кабардинскому аталыку, а когда посещал родные края, то снимал крест, медали и офицерскую ленту.

Росламбек Мисостов

Двоюродный брат Измаила Атажукова. Получил образование в России, однако вернулся к горцам и совершал набеги через линию границы.

Сефер-бей Заноко

Адыгский аристократ, был выдан русским как заложник и оказался в элитном лицее Ришелье в Одессе. Окончив его, Сефер-бей был направлен младшим офицером в русский гарнизон в Анапе. Вскоре, оскорбленный командиром полка, он дезертировал и бежал к туркам. Более тридцати лет он боролся за независимость адыгов от России.

Дезертирство

Проблема дезертирства, всегда серьезная для русской армии, к началу 1840-х годов стала особенно жгучей. Военные успехи горцев и падение духа царских войск привели к постоянному нарастанию числа русских военнопленных и дезертиров. Каждодневная тяжесть жизни в русской армии — двадцать пять лет обязательной службы, рутинные злоупотребления, жестокая муштра, тяжелый труд, лишения и телесные наказания — заставляла сотни казаков и солдат бежать за границу. Неудивительно, что российские власти постоянно пытались договориться о возвращении русских пленных, то категорически требуя их возврата, то предлагая выкуп.

Гарем генерала Ермолова

За десять лет, проведенных на Кавказе, он приобрел себе гарем — факт малоизвестный, который старательно скрывали и сам Ермолов, и те, кто впоследствии о нем писал. Каждый его брак регистрировался местными муллами как кебинный, то есть временный, формальный, который мог быть расторгнут в любой момент при полном возвращении приданого. Эта и другие формы брака, подразумевающие выкуп за невесту, были широко распространены в регионе. Три жены Ермолова родили ему четверых сыновей и одну дочь. Сыновья были отправлены в Россию, получили образование в военных школах и стали армейскими офицерами. Спустя много лет после отъезда с Кавказа Ермолов несколько раз посылал деньги одной из своих бывших жен и дочери и всегда проявлял интерес к сыновьям. Похоже, что знаменитый русский полководец, почитаемый как герой Кавказа, был вместе с тем и восточным сатрапом.

Кавказская гвардия

Имперские власти первоначально надеялись сформировать кавалерийский гвардейский эскадрон из 100 отборных кабардинских князей и дворян. Гвардейцы должны были сменяться каждые три-пять лет. В январе 1812 года Александр I издал соответствующие инструкции, заверив кабардинскую знать: бойцы нового гвардейского подразделения будут наслаждаться теми же преимуществами, что и другие гвардейцы империи. Существенную часть дня гвардейцы проводили в делах обыденных: занимались боевой подготовкой, верховой ездой, парадами, конными скачками и изучением русского языка. Одним из важнейших событий был императорский парад — Николай I, как и русские императоры до и после него, обожал такие мероприятия. Они часто организовывались, для того чтобы впечатлить высокопоставленных гостей военной мощью империи. В то же время парады демонстрировали многогранность Российской империи: различные этнические группы, участвовавшие в великолепном представлении, показывали свою верность и преданность императору.

Цитаты

Декабрист генерал М.Ф.Орлов

«Покорить чеченцев и другие народы региона так же трудно, как выровнять Кавказские горы. Во всяком случае этого нельзя добиться штыками; этого можно достигнуть только со временем, путем просвещения, которого и у нас самих не в избытке».

Л.Н.Толстой «Хаджи-Мурат»

«Фонтан был загажен, очевидно, нарочно, так что воды нельзя было брать из него. Так же была загажена и мечеть, и мулла с муталимами очищал ее. Старики-хозяева собрались на площади и, сидя на корточках, обсуждали свое положение. О ненависти к русским никто и не говорил. Чувство, которое испытывали все чеченцы от мала до велика, было сильнее ненависти. Это была не ненависть, а непризнание этих русских собак людьми и такое отвращение, гадливость и недоумение перед нелепой жестокостью этих существ, что желание истребления их, как желание истребления крыс, ядовитых пауков и волков, было таким же естественным чувством, как чувство самосохранения».

Английский путешественник Эдуард Спенсер, посетивший Кавказ в 1838 году, о бедственном положении черкесов

«Возможно ли, что кто-либо, имеющий хотя бы крупицу сострадания к другим тварям Божьим, мог наблюдать сожжение деревень, тысячи беспомощных сирот, плачущих вдов, лишенных всего, что для них было дорогого в мире, и не проклинать тех, по чьей вине случились эти беды?»

Источник